Судак

В промышленном отношении судак, бесспорно, играет первую роль между всеми колючеперыми рыбами. Наружность его известна каждому. Он легко узнается по своему удлиненному телу и длинному, заостренному рылу, придающему ему некоторое сходство с щукой, к которой он приближается и своею хищностью. Челюсти судака вооружены сильными клыковидными зубами, между которыми находятся мелкие. Спина его зеленовато-серая, брюхо белое, на боках туловища находятся большие буровато-серые пятна, которые часто образуют 8–10 правильных поперечных полосок; спинные плавники и хвостовой покрыты родами темных пятнышек. В юго-западных губерниях встречаются иногда большие судаки очень темного цвета, составляющие как бы особую, черную разность, отличаемую местами самими рыбаками.

судак

Большую часть года судак (оседлый) держится на дне, в глубоких местах реки, с хрящеватым или песчаным дном и обрывистыми берегами. На поверхность воды, также в заливы и на мели он выходит только во время нереста или, гоняясь за добычей, обыкновенно утром и вечером; в тихие, ясные вечера судаки нередко небольшими стайками гуляют на поверхности. Вообще они едва ли не более других рыб предпочитают крепкие места, а потому в небольших реках живут главным образом в мельничных омутах, на судоходных же выбирают ямы с корягами, дубами и затонувшими барками. Только мелкие судачки, одно- и двухгодовалые, встречаются в неглубоких и даже травянистых местах вместе с окунями, такими же стайками (иногда в несколько сот штук, даже в реках, не особенно ими изобилующих). Средние судаки обыкновенно попадаются станичками в 5–10 штук; очень же крупные ходят в одиночку и постоянного местожительства, кажется, не имеют. По некоторым наблюдениям надо заключить, что в больших реках судаки разных возрастов распределяются в известных пунктах и каждая стая или станичка, облюбовав себе известный район, держится в нем лишь определенное время и затем уходит в другой, предоставляя свое место подрастающим поколениям.

Своею хищностью взрослый судак превосходит окуня и почти не уступает щуке. Нередко судак так увлекается погоней, что, подобно окуню, выскакивает на такие места, где вода стоит не глубже вершка. Это чрезвычайно прожорливая, сильная и быстрая в движениях рыба, что, впрочем, видно и по ее наружности. Судак не дает пощады даже собственному молодому поколению, но, имея сравнительно неширокую пасть, всего более предпочитает ельцов, уклеек, щурят и пескарей, избегая широких рыб, напр. подлещиков. Схватив добычу, он быстро удаляется в глубину. Вообще, главная его пища – мелкая рыба и только летом он ест также раков и лягушек. Мелкий судак, по-видимому, предпочитает червей и насекомых, так как реже берет на малька, чем мелкий окунь, и попадается на червя. Несмотря на свою хищную натуру, судак очень смирен и, по мнению волжских рыбаков, смирнее и глупее судака нет ни одной рыбы.

Самый нерест совершается весьма оригинальным способом. Судаки перед этим обыкновенно разбиваются на пары, и самка становится головою вниз, почти в вертикальном положении, и во время выпускания икры не делает никаких сильных движений, какими обыкновенно сопровождается этот процесс у других рыб, а только весьма равномерно поворачивает «махалкой», т. е. хвостом, то в одну, то в другую сторону; самец также тихо ходит и поливает икру молоками. В тихую погоду во время нереста судака можно часто видеть с берега многочисленные «махалки», торчащие из воды наружу, – «как маячки», по выражению ловцов. Пары, мечущие икру, обыкновенно выбирают тинистые места у берегов, возле коблов, у корней деревьев, хвороста и т. п. Яйца, которых в судаке средней величины насчитывают 200–300 тысяч, желтоватого цвета и сравнительно мелки .

Выметав икру, судак сейчас же уходит на глубину реки или в озёра, а проходной большею частью скатывается в море, преимущественно потому, что не может выносить мутной весенней воды. В устьях Волги в мае и июне, во время разлива, в реке нет судака, кроме покатного. Точно так же и молодь судака, выклюнувшаяся из икры, скоро уходит из заливов в более глубокие места реки, в низовьях же – тоже на взморье; в нижней Волге только некоторая часть остается в широких протоках, выбирая самые тихие, где вода менее мутна, чем в русле реки.

С середины или конца лета начинается вторичный ход судака из моря в устья рек, и этот летний, вернее осенний, выход (а вместе с тем осенняя ловля) этой рыбы бывает нередко изобильнее, нежели весенний. Лишь только полая вода в Волге начнет спадать – судак уже трогается в реку, сначала в небольшом количестве, затем, по мере приближения к осени, ход его все более и более усиливается, приостанавливаясь только временно, зачастую вследствие противных ветров, зачастую от сильных дождей, обусловливающих мутность воды. Этот осенний судак, зимующий в низовьях рек, однако, не ложится на ямы и не впадает в спячку, подобно красной рыбе. В Волге он обыкновенно собирается густыми массами в устьях, менее чем на саженной глубине, и ожидает первой вздышки воды, чтобы тронуться в реку. В теплые зимы и при продолжительной моряне движение судака вверх почти не прекращается, но в суровые зимы он входит в Волгу только при оттепели. Весною же главный ход судака бывает в средине, иногда в начале марта; в начале апреля вдет уже поздний судак, смешанный с лещом, т. н. кочешный. За исключением низовьев рек судак всю зиму проводит в глубоких ямах и не выходит оттуда, по-видимому, до полой воды; во время разлива он в большом количестве входит в поемные озера и вообще держится на пойме, где вода чище, чем в русле. Замечено, что местами судак на зиму ложится в ямы вместе с лещом.

Главная ловля судака на нижней Волге производится во время весеннего хода. По наблюдениям рыбаков, он никогда не пытается вырваться из невода и когда на него наплывает последний, то он не мечется во все стороны, подобно другим рыбам, а тихо пятится от него задом, до тех пор, пока не бывает вынужден идти в мотню; иногда же, подойдя близко к сети, он хватается за нее зубами и повисает на ней без всякого движения. В садке он также очень смирен: даже выкинутый на край берега не старается уйти обратно. Впрочем, необходимо заметить, что это рыба чрезвычайно нежная: иногда достаточно бывает тряхнуть судака за хвост, чтобы он заснул. Даже в озерах-садках они снут в большом количестве, особенно если дно садка иловатое; глаза их затягиваются особой непрозрачной пленкой, и они слепнут; туловище также принимает гораздо более темный цвет. По этим причинам пересадка судаков совершается с большими предосторожностями, и некоторые опускают их в садки на рогоже, что предупреждает образование мути, засоряющей жабры измученной рыбы.

Уженье судака практикуется преимущественно в больших, мельничных омутах и вообще глубоких речных ямах, заваленных разным древесным хламом, служащим ему засадой. В других местах он попадается на удочку редко, хотя маленькие судачки, иногда ловятся в большом количестве вместе с окунями, большею частью на червя. Крупный судак – рыба очень сильная и бойкая, а так как он живет в еще более крепких местах, чем окунь, то для уженья его требуется такая же прочная снасть, как и для щуки, т. е. крепкое, не особенно гибкое удилище. Лучшая насадка – елец, уклейка, голец и пескарь (на северо-западе корюшка), вообще неширокая и мелкая рыба, так как у судака глотка сравнительно с его величиною узка, и судак фунтов в пять с трудом заглатывает рыбу, которую легко может заглотать окунь вдвое меньшей величины. Поэтому на широкого живца – подлещика, густеру, даже красноперку и плотву – судак, местами не берет вовсе. Живца аккуратно задевают за верхнюю губу (при сильном течении) или за спинку, под плавник (при слабом), стараясь как можно меньше мять рыбу. Вялого живца судаки хватают неохотно, а потому необходимо, чтобы он бойко ходил на удочке, никуда не забиваясь. Судак, особенно крупный, держится (в ямах) всегда на дне, а потому живец должен плавать как можно ближе ко дну. Изредка голодный судак берет на червя, лягушку и рака (преимущественно линючего), а потому эти насадки употребляются редко.

Ловят судаков только утром и под вечер, иногда даже ночью; около полдня же судаки никогда не берут, да и свет, по-видимому, почти так же не любят, как и ерш, чем отличаются от своих ближайших сородичей – окуней, прекращающих охоту с сумерками до рассвета. Впрочем, в глухую полночь судак не берет ни на удочки, ни на переметы и жерлицы, а осенью клев его перемежается ночью на несколько часов.

Схватив живца зубами, зачастую с головы, судак немедля плывет к какому-нибудь убежищу, заглатывая на ходу свою добычу. Поэтому, почувствовав поклевку, при разных способах лова передаваемую различно, необходимо подать ему леску как можно дальше и этим дать ему время забрать всего живца. Затем, когда уже нельзя больше поддать, подсекают очень быстрым, но нешироким размахом. Почувствовав подсечку, судак старается спастись в лом, хворост и коряжник, а потому в крепких местах надо водить его круто и не давать ему запутать леску.

Уженье судака можно разделить на весеннее, от вскрытия до нереста, на летнее, в июне и июле, осеннее и зимнее.Специальный весенний лов судаков бывает только в таких мельничных омутах, где этой рыбы очень много, но и здесь ловля эта весьма кратковременна и продолжается несколько дней, не более недели. Вызывается она тем, что судак по вскрытии реки вместе с щукой, шереспером и крупным окунем, а иногда и сомом собирается почти со всего следующего участка в мельничный омут и кормится здесь рыбой, увлекаемою из пруда водою, стремящейся в раскрытое отверстие вешняка и образующей бурный водопад. Все эти хищники, не давая скатывающейся вниз рыбе оправиться от стремительности движения, хватают ее на лету, иногда на поверхности воды. Но, имея такое изобилие пищи, они берут на удочку редко и только по спаде воды, когда она уже течет по стлани мелкими струйками и уносит вниз только. Одну мелочь; проголодавшиеся судаки, щуки и шереспера начинают жадно брать на живца, даже на блесну. Бойкость живца является здесь еще более необходимым условием, чем при уженьи на поплавок, с которым живец дольше не снет. Даже сытый судак редко не соблазнится бойко плывущею мимо его носа рыбкой. Снасти употребляются здесь те же, как и при уженьи с поплавком, только грузило должно быть немного тяжелее. Поклевка судака передается руке в форме довольно слабого, но резкого толчка, как будто пулька стукнулась о камень; затем леску начинает тянуть из рук, как будто на нее нацепился большой пук подводной травы или широкая щепа и течение как бы стало сильнее. Затем поддают леску как можно больше и подсекают.

Судя по всему, всего удобнее было бы ловить судаков в прудах на переметы, которые дают больше шансов на успех тем, что крючков может быть несколько десятков и живцы все время ходят на одной и той же глубине. Для ловли судаков лучше всего употреблять наплавной перемет, который состоит из просмоленной толстой бечевки, на которой в известном расстоянии, равняющемся примерно глубине места, надеты большие пробочные поплавки с привязанной к ним леской (тонкой бечевкой), кончающейся крючком на поводке (из баска) с грузилом. Оба конца веревки привязываются  к кольям, воткнутым по краям ямы или в берега пруда (или реки). Для того чтобы поплавки перемета удержать на любом месте наплавной веревки, леска привязывается к поплавку так, чтоб у нее оставался свободный конец длиной немного более аршина. Конец этот при помощи сделанной на нем глухой петли и палочки, привязанной за средину, образует захлестку. Еще важнее, чтобы леска могла быть пущена длиннее или короче, смотря по глубине. Поэтому поплавки лучше делать из большого (лучше цилиндрического) куска пробки, в которую закреплена небольшая рогулька, вроде жерличной, причем для того, чтобы поплавок принял вертикальное положение, рожками вниз, в углу рожков, полезно прикреплять небольшое грузило. Леска в таком случае привязывается у основания рожков, и часть ее, сколько необходимо для того, чтобы живец плавал почти на дне, наматывается на рогульку известным способом и защемляется в расщеп рогульки так же, как в жерлице.

Точно так же довольно редко ловят судаков на дорожку, т. е. ходовую блесну, пускаемую с плывущей лодки. Это объясняется опять-таки тем, что судак живет преимущественно там, где очень много задевов; но в некоторых прудах и озерах, где судака много и он держится в сравнительно чистых, хотя и глубоких местах, как, напр., в пруде-озере Сестрорецкого завода, что близ Петербурга, эта рыба попадается на дорожку довольно часто, если дорожка плывет близко от дна, почему необходимо хорошо изучить местность. В некоторых реках судака блеснят осенью и в начале зимы, по ямам и мельничным омутам, как окуня, но в гораздо меньшем количестве, что, вероятно, зависит от того, что у нас, в средних губерниях, судак держится не стаями, а в разбивку. На Нижней Волге блесненье судака довольно распространено, но под Москвой оно вовсе не применяется, и здесь эта ловля заменяется другою, аналогичною, именно ловлею ходом или плавом.

Этот способ уженья – один из самых интересных, есть нечто среднее между ловлей на блесну и дорожку, но приманкой служит, однако, живая рыбка. Как видно из названия, ловят с плывущей лодки, но лодка должна плыть очень медленно, так, чтобы леска имела бы почти вертикальное направление и живец шел почти у лодки, недалеко от дна. Хотя этим способом ловят под Москвой преимущественно щук, но для ловли судака в глубоких и крепких местах, где неудобно ловить его, ни на удочку с поплавком, ни тем более на донную, он, этот способ, может быть признан наилучшим изо всех других.

 

Источник :  Леонид Павлович Сабанеев «Рыбы России.»

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Оставить комментарий

Счетчик PR-CY.Rank FileManager ‹ Рыбалка — WordPress